Почему нашего деда мороза заменяют санта клаусом

От серости и однообразия нашей жизни так хочется праздников… Любых! Ну хоть каких-нибудь! Был бы только повод потусоваться и оттопыриться, говоря на современном молодежном жаргоне. А потому мы всеядны – мы празднуем всё и вся: и день всех влюбленных (мыслимо ли день смерти святого мученика Валентина превращать в шутки-прибаутки, поцелуйчики, танцы-обжиманцы и т.п.?), и откровенно сатанинский Хэллоуин (с принесением жертв, даже и человеческих!), и день святого Патрика (ирландца, о котором вообще ничего не знаем) с неизменным парадом в центре столицы нашей необъятной Родины… Слава Богу, хоть гей-параду дали «отлуп» (пока?!) В этом смысле мы практически шагаем в ногу с Европой (голубая мечта многих и многих наших бывших и нынешних соотечественников), не задумываясь о том, а куда нас, таких оболваненных, собственно, ведут и могут завести тамошние «дяди и тети»?

В последние годы лидерами по бесшабашно-разгульному веселью стали месяцы декабрь и январь: страна погружается в праздничное похмелье аж на целых три недели – с католического Рождества до нашего «старого Нового года». Это уже стало практически нормой. Как стал обыденным, непременным и почти своим полугном-полудед, который если еще не вытеснил нашего Деда Мороза окончательно, то уже вовсю хозяйничает с ним наравне: хитровато улыбается с витрин магазинов и кафе, приглашает посетить новогодние и рождественские представления и молодежные вечеринки, обещает дешевые покупки на всевозможных распродажах…

Так кто же он такой, этот вездесущий и порядком поднадоевший старикашка, которого непонятно с чьей легкой руки стали называть «Санта Клаусом»? Почему мы празднуем Новый год в последнюю неделю Рождественского поста? Кто придумал нашего Деда Мороза? Когда и кто начал первым праздновать Новый год? Отчего мы отстаем еще и по времени от «Америк и Европ»? Кто привез первую ёлку в Россию? Кто…

Стоп! Давайте обо всем по порядку.

Календарная путаница. Кто тому виной?

По мнению ученых, новый год человечество стало отмечать еще на заре цивилизации – пять тысяч лет назад. Этот обычай зародился в древней Месопотамии: каждую весну улицы городов наполнялись шумными шествиями, карнавалами и маскарадами в честь верховного бога Мардука. У вавилонян эту праздничную традицию переняли греки, затем она перешла к римлянам. В 46 году до Рождества Христова Гай Юлий Цезарь преобразовал календарь, которым затем стали пользоваться все страны, входящие в Римскую империю. Его, естественно, стали называть юлианским. Кстати, календарь (латинское calendarium) – в буквальном смысле долговая книга. В таких книгах указывались первые дни каждого месяца – календы, когда в Древнем Риме должники платили проценты. Год по юлианскому календарю состоит из 365,25 суток. Счет по новому календарю начался с 1 января (в этот день римские консулы вступали в свою должность) 45 года до нашей эры. Как раз в этот день было первое новолуние после зимнего солнцестояния (самого короткого дня в году). Летоисчисление вели тогда от «основания Рима» — 747 год до Р. Х.

В 325 году на I Вселенском (Никейском) соборе юлианский календарь был принят и Христианской Церковью. В VI веке римским монахом Дионисием Малым впервые было предложено так называемое «Христово летоисчисление» (точкой отсчета новой эры стали считать Рождество Христово), которое до сего времени применяется в большинстве стран мира.

Так человечество жило не тужило свыше тысячи шестисот лет (!), пока в 1582 году папа Римский Григорий XIII не решил реформировать старый календарь (пытаясь справиться с неизбежными календарными погрешностями) и ввел в обиход новый, «григорианский», по которому сейчас ведет временной отсчет весь западный мир. Год по этому «новому» календарю равен 365,2425 суток. Разница между старым и новым стилями тогда составляла 10 суток.

Вспомним, что год – это промежуток времени, приблизительно равный периоду обращения Земли вокруг Солнца. Почему приблизительно? Оказывается ученые определяют этот период по-разному. Самыми точными являются «звездный» и «тропический» годы. Звездный год определяют по видимому годичному обороту Солнца по небесной сфере относительно звезд, его продолжительность составляет 365,2564 суток. Тропический – по времени между двумя последовательными прохождениями Солнца через точку весеннего равноденствия, его продолжительность – 365,2422 суток. Изменения в годовой продолжительности за 100 лет в сутках по обоим календарям составляют +0,11×10 -6 и –6,16×10 -6 . Невооруженным глазом видно, что звездный год существенно точнее тропического.

Если сравнить юлианский и григорианский календари со звездным, окажется, что от последнего они отличаются на 0,00175 и 0,0038 процента соответственно. Таким образом, по строгим математическим расчетам получается, что как ни крути, а юлианский календарь все же более точный! Кстати сказать, до сего времени для ряда расчетов астрономы применяют старый стиль, а в любом астрономическом ежегоднике мира счет дней приводится по «юлианским» дням – JD. Также юлианским календарем пользуется и историки, когда имеют дело с большими промежутками времени.

В России-матушке с принятием христианства в X веке был введен в обиход юлианский календарь, однако летоисчисление велось от сотворения мира. До тех пор, пока на ее исторической арене не появился царь-реформатор Петр I. Одним росчерком его пера 7208 год от сотворения мира стал 1700 годом по Рождеству Христову. И если в X–XV веках началом года на Руси считалось 1 марта, а с 1492 года, при великом князе Иоанне III, – 1 сентября, то теперь, насмотревшись в Европах на тамошние новогодние забавы, 15 декабря 1699 года Петр I издал указ.

«Поелику в России считают Новый год по разному, с сего числа перестать дурить головы людям и считать Новый год повсеместно с 1 генваря по примеру всех христианских народов. По большим проезжим улицам и знатным людям перед воротами учинить некоторое украшение от древ и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых, а людям скудным (бедным) хотя по ветви над воротами поставить. И чтоб то поспело к первому числу генваря сего года, а стоять тому украшению по седьмое число. А в знак того доброго починания поздравлять друг друга с Новым годом, и учинить сие, когда на Красной площади огненные потехи начнутся и стрельба будет. В честь Нового года детей забавлять, на санях катать с гор, а взрослым людям пьянства и мордобоя не учинять, на то других дней хватает». Отныне и навсегда этот праздник был закреплен в российском календаре 1-го числа января месяца.

Шло время, и в веке XIX все чаще народ русский, а вернее, наиболее «прогрессивная» часть интеллигенции (так называемые западники) стала примериваться к западному образу жизни. Рано или поздно, дошло дело и до нового стиля, что встретило в 90-х годах позапрошлого века сопротивление большинства членов Русского астрономического общества. «Какая в этом необходимость?» – вопрошало ученое сообщество. «Чтобы от Европы не отставать!» – таков был «железный» аргумент меньшинства, остававшегося таковым до 1918 года.

Ну а когда в революционные годы «весь мир до основанья» был разрушен, большевики не замедлили быстро направить нашу жизнь в западное русло, добавив декретом СНК РСФСР от 24 января 1918 года в календарь уже 13 дней. «Всего-то!» – скажите вы. Но эти «лишние» деньки привели к такой путанице…

Читайте также:  Construct 2 примеры игр

Если раньше, по старому стилю (кстати, Русская Православная Церковь придерживается его и по сей день), все шло своим чередом, логично и завершенно, – Рождественский пост предшествовал великому празднику Рождества Христова, после которого через шесть дней встречали очередной Новый год, – то теперь главным и первым в нашей до недавнего времени атеистической стране стал в общем-то обычный день календаря (весьма условный, заметьте!), а праздник Рождества – как бы второстепенным (не прошли даром 80 лет советского «плена»). Хотя эти праздники просто несопоставимы: день, когда родился Спаситель, и день начала очередного календарного года.

Как считает настоятель храма равноапостольных Владимира и Ольги подмосковного города Обнинска отец Олег, «большевики выискали отличный способ поглумиться над Православной Церковью, запутать ее и опозорить – привели нашу мирскую жизнь к западному стандарту. В результате посреди Рождественского поста появился нелепый пьяный праздник, в который люди недостойно веселятся и наедаются скоромного.

Часто спрашивают: “Почему наша Церковь не хочет переходить на новый календарь? Ведь для большинства верующих празднование светского Нового года – огромное искушение, с которым мало кто может справиться”. Но если мы сдвинем даты, произойдет слом всей церковной жизни! Так уже случилось у католиков – негативные последствия налицо. Задача Церкви – не идти за людьми, а вести их за собой!

Да и потом есть такие знаки свыше, не придавать значения которым может разве что безумец. Я говорю о схождении Благодатного огня. Это удивительнейшее явление случается только в Великую субботу – по нашему старому, юлианскому, календарю!

Это чудо, свидетельствующее о том, что Бог рядом с нами, происходит в Иерусалиме, в храме Гроба Господня. Этот храм выстроен вокруг той пещеры, в которой лежало тело Иисуса Христа после распятия. Каждый год в этот день патриарх Иерусалимский заходит в эту пещеру с пучком незажженных свечей, а выходит с горящими. Священный огонь сходит с неба и возжигает их! Огонь этот имеет какую-то особую, неизвестную нам природу – в первые минуты не жжет, а потому присутствующие в храме люди стараются как бы “омыться” им. Повторюсь, это чудо случается только раз в году – в православную Великую субботу! И это признают и католики, и мусульмане, и все-все-все другие конфессии.

Так что можно со всей определенностью сказать, что мы, православные люди, живем по единому календарю с небесами. И если мы оторвемся от наших дат – разорвется сакральная связь земного и небесного.

Вот и подумайте после всего этого, надо ли нам “догонять” западный мир? Нужно всегда иметь терпение оставаться самими собой и не стесняться этого».

К сказанному остается добавить лишь одно: действительно, 25 декабря в городе Вифлееме родился долгожданный Спаситель мира, Господь наш Иисус Христос. И этот величайший и знаменательнейший день в судьбе всего человечества христиане отмечают вот уже две с небольшим тысячи лет. По разным календарям: Православная Церковь – 25 декабря по юлианскому, католический мир по григорианскому – 25 декабря.

И наконец, многие православные люди до сих пор считают, что настоящий Новый год приходит, как ему и положено, в ночь с 31 декабря на 1 января, но по юлианскому календарю, то есть с 13 на 14 января по новому стилю. Это наш добрый знакомец – «старый Новый год».

«В лесу родилась ёлочка…»

Без чего новогодний праздник – не праздник? Конечно же, без разукрашенной ёлки. Интересно, что этот обычай придумали вовсе не наши далекие пращуры, как думают многие, хотя ёлок у нас – пруд пруди. Те же ученые говорят о том, что обычаю украшать вечнозеленое деревце уже более двух тысяч лет. Своими корнями, так сказать, он уходит в языческую мифологию и культуру кельтов, японцев, тибетцев… К примеру, кельты считали, что ель – священное дерево, в ветвях которого обитает добрый дух лесов; она олицетворяла бессмертие и вечную молодость, смелость и верность из-за своей вечнозелености. Аналогичные по смыслу верования были и у восточных народов.

Первые наряженные ёлки появились в XVI веке на территории современной Франции. Как писал летописец, «на Рождество здесь устанавливают в домах елки, а на их ветви навешивают розы из цветной бумаги, яблоки, печенье, кусочки сахара и мишуру». Этот приятный обычай скоро перешел к соседям-немцам, а затем распространился и по всей Европе. Около 200 лет назад пышных красавиц стали уже регулярно устанавливать в королевских и царских дворцах Франции, Германии, Англии, Норвегии, Дании и России.

У нас первая ёлка появилась благодаря Петру I, любителю голландских и немецких нововведений. Однако, после его смерти этот указ, впрочем, как и многие другие, был позабыт. Теперь в канун Нового года украшали крыши лишь… питейных заведений. И скоро в народе кабаки стали называть «ёлками», а пьяниц – «ёлкиными». «Ёлочная тема» нашла отражение и в жаргоне пьянчуг: так, словосочетание «ёлку поднять» означало пьянствовать, «идти под ёлку» – идти в кабак и т.п.

Традиция ставить ёлку, но уже не новогоднюю, а рождественскую, вернулась в России только в 20-х годах XIX века. Хотя сначала она была, скорее, частной, нежели общественной – в домах петербургских немцев. Отдавая дань национальным традициям, небольшую ёлочку здесь ставили в центр стола, к ветвям прикрепляли свечи, конфеты, пряники, орехи. Не была исключением в этом смысле и царская семья: по инициативе Александры Федоровны, урожденной Шарлотты Прусской, супруги императора Николая I, в 1819 году в Аничковом дворце впервые поставили рождественскую ёлку. Через три года эта замечательная традиция стала уже всеобщей – сначала ослепительные огни на стройной зеленой красавице с "Вифлеемской звездой" на верхушке зажглись в помещении Екатерининского (ныне Московского) вокзала в Петербурге, а уже к концу XIX века ёлка стала главным украшением городских и деревенских домов повсеместно. Уточню: на Рождество Христово, ведь Новый год был всего лишь естественным продолжением рождественских праздников. Собственно, как оно и должно быть.

В ХХ веке рождественские ёлки «просуществовали» до 1918 года, когда вследствие борьбы с «опиумом для народа» стали уничтожаться любые традиции, сохранявшие хоть какую-то связь с царским режимом. Как символ Рождества, ёлку даже запретили на целых 17 (!) лет. Только в 1935 году был организован первый новогодний детский утренник – естественно, уже с новой смысловой окраской: праздничная встреча Нового года… С 1949 года этот день сделали нерабочим.

Дед Мороз – Святой Николай – Санта Клаус

Во многих странах мира символом Нового года до недавнего времени был Дед Мороз. Каждый народ называл его по-своему, иногда очень смешно: Йолупукки (финны), Дэда Мраз (хорваты), Ноэль Баба (турки), Пер Ноэль (французы).

Кажется, что этот добрый старик с белоснежной бородой существовал всегда, однако символом новогодних праздников он стал лишь около 200 лет назад. Образ Деда Мороза складывался постепенно, и каждый народ вносил в него что-то свое исконное, но обязательными его атрибутами были белые усы и борода, рукавицы и мешок с подарками.

Вот, собственно, из-за этого самого мешка с подарками и произошла очередная путаница, приведшая к тому, что в Англии и Америке традиционного Деда Мороза стали называть… Санта Клаус. А потом и во многих других странах так же: Санта Николас (в Бельгии), Святы Микалаус (в Чехии), Сайте-Каас или Синтер Клаас (в Голландии). Все эти имена переводятся на русский язык одинаково – Святой Николай.

Читайте также:  Как отключить тени в 3д максе

Кто же был этот самый святой Николай, которого почитают во всем мире, хотя и в абсолютно придуманном образе? Ответ на этот вопрос дает его жизнеописание или, говоря церковным языком, его житие.

Будущий святой родился около 270 года в городе Патаре, в Ликии, на южном берегу Малой Азии (сейчас это территория Турции). Его родители были знатны и богаты, но до глубокой старости не имели детей. По их горячим молитвам Господь даровал-таки им сына, которого они назвали Николай, что значит «побеждающий народ».

С юных лет почти все свое время мальчик проводил в церкви, в более зрелом возрасте принял сан священника. Когда его родители умерли, оставив Николаю богатое наследство, для него не было никакого сомнения в том, что оно должно быть употреблено для помощи нуждающимся. Такой случай вскоре представился.

Неподалеку проживал некогда знатный и богатый человек, впавший теперь в крайнюю нужду. Исчерпав все возможности для выхода из тяжелого положения, он решился на крайнюю меру: поступиться честью своих трех красавиц-дочерей. Узнав об этом, святой Николай решил им помочь. Трижды по ночам он подкрадывался к их убогому жилищу и бросал в окно по мешочку с золотом. Вскоре все сестры удачно вышли замуж, торговые дела купца пошли на лад, и он в свою очередь стал тоже помогать людям.

Когда Николая возвели в сан епископа города Миры, он остался таким же добрым, отзывчивым и заботливым. Двери его дома не закрывались – он одинаково помогал и сильным мира сего, и беднякам; был отцом сиротам, кормильцем нищих, утешителем плачущих, заступником обижаемых…

Святой Николай скончался в 342 году, но его кончина не прекратила благодеяний: бесчисленные чудеса, одно удивительнее другого, не переставали и не перестают совершаться для всех, кто призывает его святое имя.

Особое почитание святого Николауса в Германии началось уже c VI века, в Риме – с VIII века, а потому уже в Средние века здесь и в других странах Европы установился добрый обычай: в Николин день, 19 декабря, дарить детям подарки, следуя его примеру.

Но вот незадача: когда через две с небольшим недели затем наступало Рождество Христово со своими «подарочными» традициями – волхвы, нашедшие с помощью путеводной звезды Младенца Христа, преподнесли Ему в дар золото, ладан и смирну, – без подарков опять обойтись было невозможно.

А потому со временем обе эти «подарочные» традиции соединились воедино, став в конечном итоге непременным атрибутом рождественского праздника. А святой Николай превратился в… доброго волшебника, дарящего детям подарки (вспомните эпизод из его жизни с мешочками золота) и исполняющего их заветные желания. И уже с Х века немецких детей поздравлял именно Санта Клаус, в Польше с XIII века уже от его имени в школах раздавали стипендии.

Дальше – больше: со временем этот Санта Клаус просто «подмял» под себя и Деда Мороза (Новый год ведь второстепенный праздник), хотя и сохранил некоторые детали его внешнего вида. Сегодняшний Санта Клаус – совместное детище голландцев (так сказать, законодателей «моды»), американцев и англичан. Над ним мучились долго: то закутывали в плащ, то придавали ему облик стройного курильщика-трубочиста, подбрасывающего свои подарки через дымоходы, то изображали с пышными бакенбардами, одетым в меха с головы до ног… Бороду нарисовал ему в 1860 году американский художник Томас Найт. Затем его одели в красную шубу, отороченную мехом. Образ добродушного толстяка с непременным мешком с подарками придумал англичанин Тенниел.

А потом как-то незаметно этот вездесущий Санта Клаус стал (ни много ни мало) символом Рождества! Первое его появление в этом качестве случилось в 1885 году в Америке: на первой рождественской поздравительной открытке (по примеру англичан) уже был нарисован он – в красных мантии и шапочке, с белыми бакенбардами и густыми бровями, с красным носом и мешком, полным подарков.

Еще через 50 лет, в 1931 году, по заказу кампании «Кока-кола» (нужна была неизбитая торговая марка нового газированного напитка) художник Хеддон Сандблом в рамках рекламной акции «Санта Клаус тоже пьет кока-колу!» немного «модернизировал» знакомый всем образ. Он придумал некий гибрид гнома с Дедом Морозом – в красном колпаке с белой опушкой и красных же коротком кафтане и штанах с бутылкой кока-колы, естественно. Придумка оказалась весьма удачной – с того времени этот полугном-полудед является еще и «лицом» этой кампании, обороты которой от этого только «набирают ход».

Бог с ними – с «Кока-колой» и ее капиталами… Удивляет другое: почему «ее лицо» все еще носит имя святого Николая и является рождественским символом? Не кощунственно ли это?

Правда, в последних числах уходящего 2006 года СМИ (в частности, газета «Труд» от 26 декабря) преподнесли читателям своеобразный предрождественский подарок, сообщив о том, что отныне в Германии и Австрии запрещено использовать Санта-Клаусский бренд в рождественской символике — «по христианской традиции подарки под Рождество раздаёт Святой Николай, а вовсе не англоговорящий дед в красных одеждах». Хорошо бы, чтобы только этими двумя странами это запоздалое начинание не ограничилось!

Помните добрые русские новогодние сказки и мультфильмы, где главным действующим лицом выступал всеми нами любимый Дед Мороз? Мы-то конечно помним, а вот новое подрастающее поколение наверняка даже не понимает в чём разница между Дедом Морозом и Санта Клаусом, которого можно увидеть на бутылках с кока-колой, в рекламных роликах и зарубежных мультсериалах и фильмах. Чтобы не забыть самим и напомнить всем остальным не мешало бы освежить в памяти внешние отличия Деда Мороза и Санта Клауса.

Головной убор

У Деда Мороза – шапка, отороченная мехом

У Санта Клауса – ночной колпак с помпончиком

Дело в том, что в России зимой в мороз без шапки на улицу не выйдешь, и никакой колпачок не спасёт от мороза.
Если быть точным – красная шапка на голове Деда Мороза должна быть расшита серебром и жемчугом. Оторочка, или залом, должна быть отделана белым мехом с треугольным вырезом выполненным на лицевой части – стилизованные рога. Форма шапки – полуовал, так как круглая форма шапки традиционна для русских царей.

Борода

У Деда Мороза – длинная, до пояса (классическая – до пят)

У Санта Клауса – короткая борода лопатой.

Верхняя одежда

У Деда Мороза – тёплая шуба до пят; подпоясанная

У Санта Клауса – короткая куртка

Различие обусловлено разницей климата. В Европе зимой тепло, а на российском севере без шубы (полноценной шубы) замёрзнешь. Если быть точным – шуба должна быть длинной (обычно красной), расшитой серебром – в виде восьмиконечных звезд, гуськов, крестов и других элементов традиционного русского орнамента, отороченная лебединым пухом (или любым белым мехом).

Цвет шубы

У Деда Мороза шуба может быть красная, синяя, и даже белая (допускаются и другие цвета, ассоциирующиеся с морозом)

У Санта Клауса (как рекламирующего Кока-Колу) – только красная (цвета товарного знака рекламируемого напитка)

На руках

У Деда Мороза – тёплые рукавицы

У Санта Клауса – лёгкие перчатки

Рукавицы хороши для осени, но в морозы лучше носить варежки.
Классический образ требует, что бы варежки были трехпалые белые, расшитые серебром – символ чистоты и святости всего, что он дает из своих рук. Трехпалость – символ принадлежности к высшему божественному началу еще с неолита.

В руках

В руках Дед Мороз держит посох, у Санта Клауса – ничего

Читайте также:  Прослушка окружения мобильного телефона через встроенный микрофон

Во-первых, с посохом легче пробираться по сугробам. А во-вторых, по легенде, как раз посохом Дед Мороз и морозит.
Классический посох – хрустальный или серебренный "как хрусталь". Ручка витая, также серебристо-белой цветовой гаммы. Сам посох завершает лунница – стилизованное изображение месяца, или голова быка – символ власти, плодородия и счастья.

У Деда Мороза – белый пояс; либо с оторочкой под цвет шубы

У Санта Клауса – ремень с пряжкой

Опять же – разница климата. На морозе кожаный пояс просто треснет. Да и как в рукавицах можно застегнуть пряжку?

Штаны

У Санта Клауса – штаны, у Деда Мороза штаны не видны под шубой

Хотя классический образ требует, что бы и рубашка, и брюки обязательно были белые, льняные, украшены белым геометрическим орнаментом (символ чистоты).

Обувь

У Деда Мороза – белые валенки

У Санта Клауса – чёрные сапоги

Обусловлено разницей климата. Европейские зимы – мягкие, тёплые, в русский мороз лучшая обувь – валенки.
Классический образ допускает серебряные или красные, шитые серебром сапоги с приподнятым носком (но только не чёрные). А в морозный день Дед Мороз надевает белые, шитые серебром валенки.

На лице

У Санта Клауса – очки, Дед Мороз – видит хорошо, поэтому никаких очков!

Транспортное средство

Классический Дед Мороз передвигается пешком

Современный – в санях, запряжённых тройкой лошадей

Санта Клаус ездит в повозке запряжённой оленями

Санта-Клаус живёт в Лапландии, где нет лошадей, но есть олени. Русский Дед Мороз использует традиционное для России средство передвижения.

Во рту

Санта Клаус курит трубку (в последнее время эта деталь встречается всё реже), Дед Мороз ведёт здоровый образ жизни, и не курит

Помощники

Деду Морозу помогает его внучка, Снегурочка (До революции – ангелы)

На Санта Клауса работают эльфы (хоть и добрые, но всё-таки нечистая сила)

Снегурочка

Снегурочка – внучка Деда Мороза, которая повсюду его сопровождает. Образ Снегурочки – символ застывших вод. Это девушка, одетая только в белые одежды (либо цветов напоминающих застывшие воды). Головной убор внучки Деда Мороза – восьмилучевой венец, шитый серебром и жемчугом.

Некоторое время назад в России всерьез задавались вопросом — не произойдет ли в процессе глобализации вытеснение нашего Деда Мороза общемировым Санта-Клаусом? Казалось, что мощь мировой индустрии, работающей на Санту, в скором времени возьмет верх и в наших краях.

Сегодня можно с уверенностью сказать, что Дед Мороз своих позиций не сдал. Несмотря на что магазины завалены костюмами и атрибутами, присущими Санта-Клаусу, те, кто их используют, позиционируют себя Дедами Морозами, и ведут себя соответствующим образом.

Святой Николай в «обработке» Клемента Мура

Казалось бы, какая разница — Дед Мороз или Санта-Клаус, ведь они так похожи?

И все-таки Дед Мороз — это наш культурный феномен, который, как ни странно, превосходит зарубежного «коллегу».

Прообразом Санта-Клауса, как известно, является Святой Николай Чудотворец, который, согласно преданию, наделял подарками бедняков, имевших детей. Изначально в западных странах праздник, связанный с дарением подарков к 6 декабря — дню Святого Николая. Затем, однако, в период церковной Реформации, праздник «сдвинулся» на Рождество, и эта традиция сохранилась.

Современный образ Санты стал формироваться в США в конце первой половины XIX века, во многом благодаря произведению Клемента Мура «Ночь перед Рождеством, или визит Святого Николая». К концу XIX века легенда о Санте приобретает законченный вид. В 1930-х годах Санта-Клаус переживает внешнее преображение, приобретая современные цвета костюма. А «виной» рекламная компания известной газировки, боссы которой жаждали увеличить продажи напитка по всему миру.

Пытался Санта, он же Святой Николай, пробиться и в Россию. Попытки организовывать рождественские торжества с его участием начались при Александре II, но потерпели неудачу.

Злой Мороз, добрый Мороз

А что же Мороз? На Руси, а еще раньше у славянских племен, он имел противоречивую репутацию. Восточные славяне представляли Мороза как старика с белой бородой, который «поскакивая да пощелкивая», нагоняет сильнейшую стужу. В зимние праздники принято было выставлять на порог дома кутью, кисель или блины, чтобы задобрить старичка, который в гневе мог заморозить землю и лишить надежд на хороший урожай. Встреча с Морозом не обязательно была радостной — согласно поверьям, он мог как одарить человека, так и заморозить его насмерть.

Менять репутацию Мороза начал наш «Клемент Мур» — русский писатель Владимир Одоевский. В 1840 году он выпустил сборник «Сказки дедушки Иринея», в который была включена сказка «Мороз Иванович». Доброго волшебника, живущего в ледяном доме и спящего на перине из снега, можно считать предтечей современного Деда Мороза.

Но только предтечей, поскольку образ Одоевского, в отличие от творения Мура, в массовом сознании не прижился.

На рождественских праздниках в России появлялся Мороз Иванович, седой старик в красной шубе, но большой популярности он не обрел.

Дело в том, что рождественские елки для детей сами по себе не были массовыми. То, что было доступно отпрыскам имущих классов, детям рабочих и крестьян и присниться не могло. Те, кто с ранних лет должен был зарабатывать на кусок хлеба, не верили ни в какого доброго волшебника.

Сделано в СССР

Октябрьская революция окончательно закрыла толком не прижившуюся традицию. Рождественские, а заодно и новогодние праздники были объявлены религиозным пережитком, и отправлены на «свалку истории».

Но в середине 1930-х годов в Советском Союзе решили — праздники, в том числе и детские, народу нужны. Но только это должны быть новые праздники с новыми традициями.

В декабре 1935 года в Харьковском Дворце пионеров прошла первая в СССР официальная новогодняя елка. 1 января 1937 года в Московском Доме Союзов прошёл бал-карнавал отличников учёбы, открывший традицию главной ёлки страны.

Акценты были смещены — главным праздником становилось не Рождество, а Новый год, который имел подчеркнуто светский характер. Соответственно, и Дед Мороз, ставший главным распорядителем праздника, никакого отношения к Санте и Святому Николаю не имел. В нем куда больше от языческого божества, облагороженного и поставленного на службу советскому человеку.

В 1942-1943 годах писатель Самуил Маршак написал пьесу-сказку «Двенадцать месяцев». В этой истории, происходящей в Новый год, фигурируют Декабрь и Январь — суровые мужчины с бородами и в шубах, с посохами в руках. В таком виде и будут представлять Деда Мороза последующие поколения советских детей.

Я Дед Мороз, борода из ваты.

Вплоть до 1960-х годов советская идеологическая составляющая у Деда Мороза была сильна. Одаривая детей подарками, он не переставал славить вождей, партию и звать к новым свершениям.

Но это не помешало детям, да и родителям, полюбить новогоднего волшебника всей душой.

Надо сказать, что в советские годы разработкой биографии Деда Мороза не слишком утруждались. Дед Мороз приходит на Новый год с мешком подарков, сопровождаемый внучкой Снегурочкой, и приносит всем радость — большего и не требовалось.

В отличие от Санты, у отечественного Деда Мороза не было фиксированного транспорта, места проживания, способов проникновения в жилище и т.д.

К большинству детей Дед Мороз приходил на утренники, или домой, но через дверь и в сопровождении родителей.

Таким он и остался сегодня, несмотря на то, что теперь у него есть официальный адрес (причем не один).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock detector